Блог Анны Саянской

0

«Барселонские рассказы» сумчан-эмигрантов

Когда-то, лет восемь назад, мне довелось побывать в Барселоне. До этого и после я объехала еще немало городов и весей. Но именно Барселона оставила, пожалуй, самый глубокий след в моем сердце путешественницы. Аналогичные чувства к этому городу разделяет огромное количество наших соотечественников и даже земляков.

Помню, как-то на Пасху компанией из шести человек мы выехали на барбекю в один из пригородов Барселоны. Это было специально отведенное место для отдыха, которое держали местные цыгане. Живописный ландшафт, аккуратная территория с многочисленными столиками и лавочками. Барбекюшницы любого размера можно было арендовать за 10-20 евро в день. На поляне яблоку негде было упасть. Через некоторое время на запах наших шашлыков и звуки слобожанского суржика начали сходиться люди. В итоге я насчитала за нашим праздничным столом 17 сумчан! Причем далеко не все знали друг друга до этого дня. Еще тогда мне подумалось, что было бы здорово через несколько лет встретить снова этих барселонских сумчан, узнать, как сложилась их эмигрантская судьба. И вот эта встреча произошла. На прошлой неделе мы собрались в одном из сумских кафе. Некоторые вернулись домой насовсем, другие — только в отпуск. Были и те, кто пришел послушать рассказы бывалых, чтобы понять — стоит ли менять Сумы на Барселону.
Добро пожаловать в Европу!
Елена Гончаренко семь лет назад решилась на переезд в столицу Каталонии:
— Чтобы вырваться в Европу и остаться там жить, я, как и большинство наших граждан, купила тур-путевку в страну, которая на тот момент без проблем открывала украинцам визы. Тогда это была Италия. Сразу по прилету я поняла, насколько нам «рады» в Старом Свете. Офицер паспортного контроля с жутким пренебрежением проверял паспорта всех пассажиров (особенно пассажирок) рейса Киев — Рим. Придирался ко всем, заставлял показать наличку, которой, по идее, должно хватить на время пребывания туриста в стране. А потом демонстративно бросал документы из своего окошка прямо в лицо всем нашим соотечественницам. Пока подходила моя очередь, мне назойливо лезли в голову очень философские мысли бытового характера. Наверное, третья часть пассажиров нашего рейса — действительно эмигранты. Итальянский пограничник это знает. И его раздражает, что очередная партия «понаехавших» заберет у его сограждан n-нное количество рабочих мест. С другой стороны, в Италии наши женщины пашут так, как ни одна итальянка в жизни бы не смогла. Естественно, в основном это самая черная и тяжелая работа. До кризиса 2008 года, когда европейцы жили припеваючи и у них все было настолько в шоколаде, что они не хотели браться даже за «серую» работу, их всех очень даже устраивали украинские сиделки, уборщицы, строители и т.д. Теперь, когда по их меркам в Европе свирепствует страшный экономический кризис, все эмигранты для них — как бельмо на глазу. Тут, конечно, имеет место иерархия неприязни к мигрантам разных национальностей. К трудолюбивым украинцам там относятся лучше всего. Последние годы весь гнев уроженцев Европы направлен против тех, кто прибывает к ним на лодках с южных берегов Средиземного моря. Но справедливости ради хочу сказать, что далеко не все европейцы недолюбливают мигрантов. Если ты адекватный человек, с уважением относишься к культуре и законам той страны, куда ты приехал зарабатывать деньги, если ты еще и сделал усилие — выучил их язык, многие местные очень даже положительно относятся к таким гастарбайтерам. Ведь мы в большинстве случаев избавляем их от грязной малооплачиваемой работы.
Итак, мой паспорт вылетел из окошка ровно мне в лицо. Офицер рявкнул, чтобы я проходила, и подозвал следующего пассажира. На секунду я застыла на месте. Пострадавшее самолюбие жаждало справедливости, ведь ближайшую неделю я — самый что ни на есть легальный турист! Но… через неделю буду уже в Испании. И вот там я планирую остаться нелегально… пока через три года не получу вид на жительство, а потом и гражданство. И вдруг я вспомнила, что по новостям передали — именно сегодня день борьбы с нелегалами в Италии. Мимо меня прошагали два рослых карабинера с автоматами. Я молча развернулась и пошла на стойку регистрации рейса Рим — Барселона.

Илья Репейников:
— Это еще не худший вариант приключений по дороге в Европу. В мигрантской среде все знают байку о пограничных столбиках. Сейчас эта история всех веселит. А несколько лет назад она оказалась очень неприятной реальностью для двух десятков украинцев, которые планировали перебраться через границу между Ивано-Франковской областью и Румынией, а оттуда уже беспрепятственно разъехаться по странам ЕС. За хорошие деньги группа наших мигрантов «порешала» с местными вопрос пересечения границы. Под покровом ночи галицкие проводники по горно-лесистой местности Карпат беспрепятственно доставили «заробітчан» к перекопанному и маркированному по всем правилам участку границы. Сказали, что с пограничниками по обе стороны все договорено. Счастливые без пяти минут мигранты рванули через границу. К утру они добрались до ближайшей румынской деревни и к собственному удивлению обнаружили, что местные говорят на украинском. Сначала даже обрадовались, что легко будет расспросить жителей деревни — где находится автовокзал, откуда им открыт путь в любую страну ЕС. Спустя несколько минут выяснилось, что это деревня в Ивано-Франковской области, а до границы еще 15 км. Оказывается, проводники заблаговременно на лесной поляне грейдером расчистили «границу», вкопали пограничные столбики, для убедительности даже натянули колючую проволоку. Вот так жители приграничных областей и зарабатывают на своих соотечественниках.
Цена знаний.

Александр Иванченко:
— На тот момент, когда я приехал в Барселону, мои родители жили там несколько лет, имели официальный статус. Мой план был таков — приехать по туристической визе и сразу подать документы в университет. Я так и сделал. Для подтверждения моего политеховского диплома пришлось отвозить все бумаги в Мадрид. В Сумах я получил квалификацию бакалавра по специальности «инженер-системотехник». Поступать в барселонский политех я хотел на «информационные технологии». Наверное, из-за существенной разницы между имеющейся украинской и планируемой испанской специальностями на академическое признание моего диплома ушло целых два года! Обычно все укладываются в год-полтора. В итоге мне подтвердили и зачли три университетских курса. Те, кто вел этот процесс, были шокированы количеством часов, которые отводятся у нас на изучение профильных предметов. В испанских вузах их значительно меньше. Теперь я мог поступать в политехнический университет Каталонии. Только вот с финансами на то время было не очень. А год обучения в одном из лучших вузов страны стоил около 10000 евро. Но есть в Испании такое понятие, как «неуниверситетское высшее образование», спонсируемое государством. Учебный год обходится студенту всего в 600 евро. Считается, что качество такого образования ниже университетского. На самом деле «неуниверситетское образование» предусматривает просто отсутствие общеобразовательных дисциплин — таких как философия, психология и т.д. Зато оно полностью сконцентрировано на обучении практическим навыкам. И я реально два года занимался исключительно программированием.
Медстраховка для нелегала

Александр Иванченко:
— В Испании нелегальный статус весьма относителен. Как только заканчивается действие туристической или какой-либо иной визы, ты смело идешь в Ayuntamiento — местный муниципальный орган, тебя там регистрируют, выдают медстраховку на бесплатное обслуживание в районной поликлинике. Единственное, о чем нужно позаботиться заранее, — прописка. А прописать вас могут даже наши соотечественники, которые находятся в Испании легально и официально арендуют жилье. С момента регистрации в Ayuntamiento начинается отчет трех лет, после которых вы обращаетесь за видом на жительство. Если вы не нарушали закон, нашли работодателя, готового сделать вам контракт, выучили язык, проблем с получением «тархеты» (пластиковой карточки, удостоверяющей вашу личность) и легального статуса быть не должно. Но каждый должен понимать, что на протяжении этих трех лет вы должны безвыездно находиться на территории Испании и не имеете права на работу. Лишь малый процент наших соотечественников устраивает свою жизнь так, что необходимость в заработке и, соответственно, — нарушении закона исчезает. Тут, конечно, может повезти с богатой пассией или небедные родственники из Украины будут эти 36 месяцев слать вам деньги. Но реальность такова, что большинство мигрантов все же идут искать работу нелегально.
Авантюристы с седыми волосами

Ирина Касьян:
— С конца 2008 года в Испании кризис. Если до этого найти работу не составляло труда — на столбах были расклеены многочисленные объявления типа «Приходите погладить белье за 10 евро в час по такому-то адресу», то потом можно было месяцами искать самую захудалую вакансию. Я приехала в Барселону в августе 2008-го. Очень быстро познакомилась с одним земляком, который подсказал экстравагантный вариант поиска работы. Нужно было найти девушку, похожую на меня, которая готова отдать мне свои документы для официального трудоустройства… Я, мягко говоря, посмеялась над этой идеей. По-моему, легче было выиграть в лотерею миллион, чем осуществить замысел моего нового знакомого. К слову, игра во всевозможные лотереи — давняя национальная традиция. В рождественские, спортивные, сиюминутные, евромиллионные и прочие лотереи играют абсолютно все. От мала до велика. В каждом дворе есть лотерейный киоск. Испанцы — очень азартны. Да и соблазн выиграть несколько миллионов, поставив всего 2 евро, — очень велик.

Помимо местного населения, в лотерею играют практически все мигранты, которые хотят сорвать куш и больше не париться в жизни ни о чем. Я лично знаю некоторых людей, которые практически разорились… А испанская семья из соседнего подъезда выиграла 1,5 млн. Мне удался маленький, но своевременный кушик — 118 евро. И это был подарок свыше, ибо мне не хватало 115 евро на билет домой, а лететь нужно было срочно. Возвращаясь к теме работы по чужим документам, отмечу, что в те времена это было довольно распространенной практикой. Кинув клич по мигрантской постсоветской среде Барселоны, мой знакомый через неделю торжественно представил меня одной украинке, которая была удивительно похожа на меня, особенно на фото на тархете. Она сидела с ребенком в декрете и искала возможности пристроить свои документы, чтобы рабочий стаж не прекращался, а в пенсионный фонд капали ежемесячные отчисления. Мы ударили по рукам, я вписала ее данные в свое резюме и отправила его в различные компании и на сайты по трудоустройству. Через неделю мне позвонили из международной телемаркетинговой конторы и пригласили на собеседование в ее барселонское отделение. Рабочий язык в той компании был английский, а звонить и втюхивать услуги компании мне пришлось в русскоязычные страны. Честно говоря, было очень тяжело работать там с точки зрения психологии. Во-первых, приучить себя откликаться на другое имя, во-вторых, проглатывать насмешки коллег, которые недоумевали, как это человек, проживший в Испании семь лет (по документам), практически не владеет языком. А для меня ведь шла только третья неделя. Да и сама специфика работы очень раздражала и выматывала. В день нужно было сделать 100-120 «холодных звонков» топ-менеджерам крупнейших компаний СНГ и попытаться продать им пакет услуг по организации спортивных мероприятий за астрономическую сумму. Так много и часто меня еще никогда не посылали. И еще было очень страшно — вдруг рассекретят, что я работаю по чужим документам, посадят в тюрьму и депортируют. Каждый день я чувствовала себя как на пороховой бочке. Из-за нервной и выматывающей работы у меня появились первые седые волосы. Многие мои знакомые и земляки завидовали мне, потому что я только приехала и сразу нашла работу в офисе. Обычно же все начинают с горничных и официанток. Но наступил ноябрь 2008-го, грянул кризис, и моя не пыльная работенка в деловом центре Барселоны в одночасье закончилась. За один день уволили почти 50% штата. Следующие 6 месяцев я каждый день настойчиво искала работу. Разносила резюме по отелям и ресторанам, отправляла по Интернету не только в барселонские, но и в иногородние компании. Тщетно. И не только мне не везло. Уже в 2009-м многие наши соотечественники, потерявшие работу, вернулись домой. Немного расплатиться с долгами и наскрести на билет домой мне помогла временная подработка уборщицей и те 118 евро, которые я выиграла в лотерею. Одна знакомая сумчанка улетала в отпуск на два месяца, и ей необходимо было найти кого-то вместо нее на этот период, чтобы сохранить вакансию. А ведь желающих к лету 2009-го на тяжелую и очень пыльную работу, которая, тем не менее, оплачивалась, была уже огромная очередь. Так я устроилась уборщицей офисных и промышленных помещений. Работала 5-6 дней в неделю. Вставала в 4.20 утра, в 5.00 садилась на первую электричку, ехала полчаса. Потом еще столько же бежала в офис, который необходимо было убрать за 3 часа. После этого 30 минут снова в ускоренном темпе добиралась до метро, 1 ч 20 минут добиралась до пригорода, минут 20 шла до склада одежды, который потом убирала в течение 3 часов. После этого 2 часа добиралась домой. Немного отдыхала и снова ехала на работу — третье офисное помещение, закрепленное за мной, которое я убирала с 18.00 до 21.00. Зарплата в месяц за такую работу составляла 1100 евро. Это были самые знойные месяцы — июль и август. На солнце температура часто превышала +50ОС. Поначалу было тяжело работать и много перемещаться по городу по такой жаре. Тем более кондиционируются в барселонском метро только вагоны, а на станциях стоит та же жара, что и на улице, только усугубляется неприятным запахом подземки. Люди падали в обморок у меня на глазах десятки раз. Особенно туристы из северных стран. Мой организм как-то быстро приспособился к таким условиям. Я пила более 4 л воды в день, питалась только легкой и здоровой пищей. Скинула 6 кг за два месяца, что неплохо. Но мне тогда было 25. А сколько женщин гораздо старше меня пашут в таком режиме! Иногда лучше подкопить денег и купить себе работу…
Продолжение следует.

БарселонаБарселонские рассказыэмигранты в Италии

Anna • 26.07.2016


Предыдущая запись

Следующая запись

Добавить комментарий